Hежный звон
"Cеребряных колокольчиков".

Второй раз в гостях у пресс-клуба "Биржи" были дети. И второй раз, сидя в рядах зрителей и глядя на импровизированную сцену, я переживала сложную гамму поднявшихся во мне чувств. Я чувствовала гордость за то, что мы такой талантливый народ и дети у нас такие талантливые. Я испытывала радость в ответ искренней радости и удовольствию маленьких исполнителей. Наконец, я просто удивлялась разнообразию участников концерта, о каждом из которых с наиполнейшим основанием можно сказать: да, это уже - личность. Оригинальная. Творческая. Неповторимая.
Вот, например Вадик Зубков. Вадику 10. Поскольку жили Зубковы в центре города, поступил в музыкальную школу имени Виллуана (в восьмую, если по номерам) и начал учиться играть на скрипке. Потом жизнь сделала крутой географический зигзаг, и семья Вадика переехала в Сормово. Естественно, мальчика перевели в другую музыкальную школу, поближе к дому. Но не тот Вадик оказался человек, чтобы расставаться с тем, что ему дорого. А восьмая школа ему нравилась. Даже очень. И он остался в восьмой. Продолжал играть на скрипке. Но однажды - ох уже эти "однажды" в нашей жизни! - узнал, что в школе открылось эстрадное отделение. И когда он это узнал, то понял, что эстрадная музыка ему тоже нравится, а потому он хочет ей заниматься. А если хочет, то и будет. Учиться на эстрадном отделении Вадику очень нравится. Какие шоу-номера он придумывает вместе со своими учителями - о-го-го! В песенке, которую он показал в "Бирже", получился такой ковбойский образ, - зрители ладони отбили, хлопавши.
Или другая индивидуальность, Ксения Балашова. Ксюше 14. В музыкалке училась как пианистка. А когда открылось эстрадное отделение, поступила и туда. Но в качестве специальности выбрала не эстрадный вокал, как другие, а... саксофон. Так ей понравился этот инструмент, что за два года она овладела им вполне до начально-концертного уровня. Что и было ею продемонстрировано в нашем пресс-клубе.
Говорю же, все индивидуальности. Все как есть. И семилетние Асенька Бухало и Наташенька Гришагина, и одиннадцатилетняя Дашенька Зубкова, и Ваня Гришагин, и Женя Хайтович (им 12 и 10 соответственно), и Катюша Кваскова (Кате 18, но она тоже с удовольствием и вполне сознательно учится в "Серебряных колокольчиках").
Настало время представить наших гостей официально. Итак, знакомьтесь: вокально-эстрадное отделение музыкальной школы имени Виллуана. Отделение называется "Серебряные колокольчики". А рассказывает о нем Лев Хайтович - художественный руководитель, педагог, композитор и менеджер. Все, как это почти всегда бывает в подобных музыкальных случаях, в одном лице.

Лев Хайтович:

- ...Вокально-эстрадное отделение появилось в школе год назад. Оно называется "Серебряные колокольчики". Учатся у нас 18 человек. Плюс семеро ходят с других отделений просто для того, чтобы попеть и тем самым удовлетворить свою потребность почувствовать себя эстрадным исполнителем. Когда мы открывались, в Нижнем Новгороде уже были три музыкальные школы, где отделения, подобные нашему (то есть профессионально обучающие детей эстрадному пению), успешно работают. Мы оказались четвертыми. Вообще в Нижнем Новгороде детское эстрадное пение широко развито. Кроме музыкальных школ, имеющих эстрадные отделения, работают эстрадные кружки при клубах, при общеобразовательных школах.
- Эстрадная и академическая музыка в нашей стране всегда считались противоречащими друг другу и даже взаимоисключающими. Как вы преодолеваете это противоречие?
- Но на самом деле противоречия нет, а потому преодолевать нам, в общем-то, нечего. И если взять это за начальную установку, обнаружится совершенно замечательная вещь: окажется, что наши дети, которые любят эстрадную музыку, любят также и классику. Этим они, очевидно, отличаются от большинства своих ровесников, которые тоже любят эстраду, но классику не любят и знать не хотят. От такой напасти наши дети оказываются "вакцинированными", поскольку мы даем им знания и в сфере музыкальной классики, и в сфере музыкальной эстрады.
- Не очень понятно, чему именно учат детей на вашем отделении. Какие предметы они проходят?
- Дети проходят программу детской музыкальной школы. Проще говоря, получают полное академическое музыкальное образование. Из чего следует, что они обязательно изучат классическую музыкальную литературу, теорию музыки, сольфеджио, фортепиано.
- А как же эстрадная специализация? В чем она проявляется?
- Специальные дисциплины, которые изучают наши дети, - это эстрадный вокал (два часа в неделю). Эстрадно-сценическое движение. В старших классах будут прочитаны курсы истории джаза и, наверное, истории рок-музыки. Музыкальный материал в виде фонограмм есть. Преподаватели есть. Учебные пособия есть.
- Как часто вы показываетесь так сказать, "на людях"?
- Хотя мы существуем всего второй год и хорошо понимаем: надо бы еще поучиться, прежде чем что-то показывать публике, - отказать себе в удовольствии поучаствовать в конкурсах детской эстрадной песни мы все же не можем. Дашенька Юсупова, например, участвовала в конкурсе "Парус надежды" вообще еще до того, как поступила на наше отделение, причем успешно участвовала. На днях будет участвовать в конкурсе наш ученик Ваня Гришагин.
- Учите ли вы детей основам импровизации? Эстрадное отделение, конечно, это не джазовое отделение, где без умения импровизировать вообще никуда. И все же...
- Конечно, учим, причем импровизации во всех компонентах исполнения. Например, вы видели, как наши дети двигаются. Так вот: это не заученные движения. А то, что дети внутренне чувствуют, выраженное средствами пластики. На уроках сценического движения хореограф Ольга Федорченко именно этому учит. Не тому, что нужно сделать пять шагов влево и три вправо, а тому, чтобы ребенок сам научился раскрывать содержание песни, которую поет, в сценическом движении. Индивидуально. Выражая свое внутреннее "я". Конечно, речь не идет о тех номерах, которые исполняет ансамбль. "Рэгги на телеге" в исполнении троих наших мальчиков - поставленный номер. Вообще вопрос, что должно преобладать при обучении детей эстрадному пению, - то, чему детей научили или то, что они делают в результате своего внутреннего чувства, - этот вопрос встал передо мной давно. Я ведь часто хожу на детские эстрадные концерты и конкурсы и вижу: иногда ребенок демонстрирует так здорово выученные движения и это так красиво! Но при всех несомненных достоинствах такой ребенок все равно кажется мне марионеткой. И гораздо больше мне нравится, если маленький исполнитель работает на сцене пусть и не так красиво, но по-своему, исходя из своего "я", так, как хочется двигаться именно ему. Я определил для себя, что нашим путем должен быть этот, второй. Не в сторону кукольности, а по направлению к раскрытию индивидуальности и творческой фантазии самого ребенка.
- Вытекает ли из этого, что дети придумывают рисунок своего движения на сцене сами? Конкретно: кто в песенке, которую пел Вадик Зубков, придумал удава?
- Сам Вадик. То есть весь номер придумывался вместе с педагогом, но многое, и в частности удава, придумал именно Вадик.
- Говорят, у "Серебряных колокольчиков" есть какой-то свой репертуар...
- Вопрос "что петь?" с самого начала был для меня одним из самых главных и самых трудно разрешимых. Потому что детских эстрадных песен очень мало. Современных композиторов, которые пишут эстрадные песни для детей, еще меньше. Большинство педагогов, которые преподают детям эстрадное пение, идут по пути наименьшего сопротивления и проходят с ними репертуар взрослых поп-звезд. Проще говоря, дети поют песни из репертуара Филиппа Киркорова, Аллы Пугачевой, Кристины Орбакайте. Эти песни, как правило, о любви. Несоответствие между возрастом ребенка и содержанием песни потрясающее! Мне это никогда не нравилось. Я против такого подхода. Поэтому мы все же стараемся искать в эстрадном репертуаре разных лет то, что подходит именно детям. Часть песен я пишу сам. В общем, ищем свой путь.
- Хотелось бы знать, как устроена организационная сторона дела. Какова плата за обучение на вашем отделении?

Ирина Викторовна Шлюгаева, завуч школы имени Виллуана:

- На эти вопросы, если можно, отвечу я, поскольку это моя сфера. Плата за обучение у нас пятьдесят рублей в месяц. В прошлом году отделение было хозрасчетным, и родители платили больше. Но в нынешнем году, видя, что дети занимаются очень успешно и дело идет хорошо, администрация школы сочла возможным перевести отделение в число бюджетных. В результате теперь плата стала такой же, как на других отделениях.
- За чей счет записываются фонограммы, шьются костюмы и покупается аппаратура?
- За счет родителей. Вы, видимо, догадываетесь, что у школы денег на это нет и в нынешних условиях просто не может быть. Сложнее всего было купить аудиоаппаратуру. Не потому, что это дефицит, но оттого, что она очень дорого стоит. Есть все основания говорить, что аппаратура куплена в результате личного энтузиазма Льва Михайловича Хайтовича. Сначала, между прочим, наши дети пели, держа в руках вместо микрофонов... кегли. Обычные детские игровые пластмассовые кегли. Потому что настоящих микрофонов не было и не видно было, откуда бы они могли взяться. Пели они в кегли, пели. А потом наступил критический момент, и с полной отчетливостью проступила та жестокая правда, что, если не будет все "по-настоящему", то и само эстрадное образование останется лишь имитацией. Или, говоря профессионально и называя вещи своими именами, профанацией. Увы. И тогда Лев Михайлович решительно обратился к родителям. Он сумел их убедить. Родители вложили свои деньги и нашли спонсоров. Деньги были переведены на счет школы. Так у отделения появилась аппаратура.
- Какой был конкурс, когда вы открыли отделение? Каков он был на второй год?
- Два человека на место. Это не слишком много. Но вполне вероятно, невысокая цифра объясняется элементарной причиной. О том, что в школе Виллуана открылось эстрадное отделение, мало, кто знает. Рекламы мы практически не давали. В нынешнем году мы ожидаем увеличения конкурса, потому что намерены дать больше информации о новом отделении.
- И последний вопрос. Может быть, самый "ударный". Такой акцент в последнем такте. Какую главную задачу вы, педагоги, перед собой ставите? Кого вы готовите? Какова концепция образования, которое дается ученикам эстрадного отделения?
- Наша концепция абсолютно реалистична. Это воспитание профессиональных дилетантов. Не обязательно, чтобы дети потом шли в сферу эстрадной музыки и зарабатывали этим деньги. Хотелось бы, чтобы у них просто было начальное музыкальное образование в той сфере музыки, которая им более по душе - неважно, классической, эстрадной или народной. Чтобы они знали и любили музыку, и чтобы в их жизни музыка всегда оставалась, как радость. Такой она ведь и должна быть, не правда ли?

Вера Романова