Марокканские хроники-3

Без хамама можно и обойтись, но на гору Тубкаль ты подняться должен

 


Мы добрались до Эль-Хосеймы, где решили искупаться в Средиземном море. Хотя она является приморским климатическим курортом, вода в это время года очень холодная, и желающих составить нам компанию практически нет. Затем после долгих поисков мы нашли путь к побережью, с которого хорошо видна известная крепость. Вид на нее очень впечатляет, особенно в сумерках. Я нашел какую-то смотровую башенку, которая показалась мне забавной, и попросил разрешения у находившихся рядом то ли охранников, то ли пограничников влезть на нее. По дороге остановились на ужин в кафе. Ребята взяли омлет и какие-то салаты. Когда спросили счет, оказалось, что должны 100 дирамов. Помогли хозяину кафе пересчитать, и оказалось, что он немного ошибся. Отдали 38 дирамов и впредь решили всегда считать самостоятельно и вообще нести просвещение в массы.

Большой базар

Н
а следующий день около 11 часов въехали в Фес, Медина которого представляет собой большой базар. Фес сегодня — это большой современный город, где живет более полумиллиона человек. Но здесь можно, оставив автомобиль, широкие улицы и высокие дома XX столетия, проникнуть в средневековый город Медину. Медина в Фесе (Фес-Эль-Бали) развивалась в IX веке. Здесь узкие извилистые улочки, фонтаны в элегантных внутренних дворах, шум и сутолока базара соединяются в картину, которая будто открывает окно в другой мир. Тут продается множество товаров современного производства, некоторые из них вообще предназначены только для туристов, но атмосфера старого города, как и прежде, очень живая.

Кирилл спросил в местном интернет-кафе, сколько будет стоить запись фотографий с флэшки на компакт-диск. Хозяин запросил 100 дирамов, в конце-концов сошлись на 10, и я бы не сказал, что кто-то из участников сделки был разочарован. Нашли хамам (местную баню), но с нас запросили 50 дирамов, что не соответствовало цене, указанной в путеводителе от Lonely Planet. Отказались, но еще долгое время нас сопровождал какой-то банный агент, убеждая, что эта цена очень хорошая. Посмотрели знаменитые красильни для кожи, на меня они вообще никакого впечатления не произвели, я даже не хотел фотографировать. При входе нам сказали, что за осмотр можно дать столько, сколько мы хотим, а на выходе предложили заплатить не менее 100—200 дирамов. Но так как мы особого интереса к экспозиции не проявляли, то нас с миром отпустили, набросившись на какого-то японца, который, к его чести, сумел сохранить лицо и, отделавшись 50 дирамами, устроил уморительный побег.

Очень удивило нас одно кафе, хозяин которого — пожилой почтенный француз — был настолько обаятелен и обходчив, что мы, начав с чая, перепробовали все коктейли и множество пирожных. С таким достоинством держать себя и быть одновременно приятным и обходительным — это способность очень немногих людей. На стоянке с нас настойчиво стала требовать деньги целая куча проходимцев, но на такую нахрапистость мы не могли себе позволить ответить капитуляцией и поехали, ничего им не дав. Несколько человек гнались за нами и махали руками. Это была самая острая и многолюдная дискуссия.

На древних развалинах

П
ереночевав по пути в оливковой роще, мы поехали смотреть Волюбилис — римские развалины, которые произвели на меня очень сильное впечатление. Этот древнеримский город, построенный еще во II—III вв., находится в 31 км от Мекнеса. Переживший времена своего расцвета в V в. н. э. и специализирующийся на приготовлении оливкового масла Волюбилис сейчас стоит посетить, чтобы взглянуть на хорошо сохранившиеся мозаики — полы и медальоны, живописующие подвиги Геракла, нимф, дриад и нереид. Сохранились еще несколько коринфских колонн древнего Капитолия и многочисленные остатки жилых кварталов, термы с залами парных и целым бассейном и даже форум.

В окружении оливковых рощ, широких полей гордо возвышаются величественные сооружения римской эпохи. Я вспоминал то экранизацию рок-оперы “Иисус Христос — суперзвезда”, то фильм “Гладиатор”, то письмо к римскому другу Иосифа Бродского. Кстати говоря, марокканцы и особенно марокканки очень похожи на персонажей библейских сюжетов художников Средневековья.

По дороге в Азру мы увидели настоящие кедровые леса. Атласский кедр — это действительно уникальное произведение природы. Говорят, что в этих лесах можно делать операции без дезинфекции — настолько сильно воздействие кедра на воздух. Лично я могу сказать, что, когда мне однажды стало плохо от болтанки по горным дорогам, да еще с лишними, на мой взгляд, резкими торможениями, разгонами и виражами, всего три минуты, на которые мы остановились под кедрами, вернули мне и здоровье, и настроение.

В горах Атласа

П
отом были пустыни и горы Атласа. Наш Kia Picanto с достоинством выдержал все испытания, и неутомимо боролся вместе с нами и с серпантинами, и с песчаными бурями. Он даже не уступал какой-то зарвавшейся Honda CR-V, необдуманно решившей, что мы мешаем ей на дороге. Конечно, на прямой мы отставали от более мощного “японца”, но на виражах упирались в него бампером.

Наш автопробег закончился в Марракеше, где мы сдали нашего четырехколесного друга представителю прокатной фирмы. Так завершилась автомобильная часть поездки.

На гранд-такси (обычном “Мерседесе”, в который марокканцы впихивают семь человек) добрались до Имлила и поднялись на Тубкаль. Тубкаль (фр. Toubkal) — самая высокая гора Атласских гор на северо-западе Африки (4165 метров). Она же — наивысшая точка Марокко.

Среди изрезанного ущельями скалистого ландшафта выделяются и другие похожие и довольно высокие вершины. Но Тубкаль это Тубкаль. Зимой здесь лежит снег, и он становится центром горнолыжного спорта, однако к лету снег полностью тает. На Тубкаль относительно несложно взойти, по крайней мере в летние месяцы. Среди альпинистов он считается горой, где можно особенно хорошо испытать разреженный воздух подобных высот. Кроме того, с Тубкаля открывается захватывающая панорама окружающей местности. При хорошей погоде вдали можно увидеть даже начало песков пустыни Сахара.

В Имлиле местные гиды все-таки всучили нам кошки, напугав, что подняться на Тубкаль без них абсолютно невозможно. На обратном пути я легко “скатился” с горы в своих обычных кроссовках, но, признаться, на подъеме туда рано утром кошки все-таки помогали бороться с местами обледенелой тропой.

Что чувствуешь на вершине? Наверное, свою сопричастность миру крепких, надежных людей, которым зачем-то нужно в горы. Чувствуешь, что еще молод, что тебе еще можно положиться на свое тело и есть смысл продолжать делать по утрам зарядку и пробежку. Впереди еще есть многое, ради чего стоит жить.

Андрей ПРИПИСНОВ
Фото из архива автора